– Асбест находится сейчас на третьем месте, – говорит руководитель музея ПАО «УралАТИ» Владимир РУБЦОВ. – На третьем месте не по значимости, а в географическом смысле.

– Асбест находится сейчас на третьем месте, – говорит руководитель музея ПАО «УралАТИ» Владимир РУБЦОВ. – На третьем месте не по значимости, а в географическом смысле.

На современных картах тех улиц, где зарождался город, где стояли первые заводы, уже не найти. Какие-то строения полностью поглотил карьер, руины других домов остались на самом его борту. Такая судьба постигла и участок № 3 завода «УралАТИ». Во время войны его именовали Асбестовым заводом.

Существовал он совсем недолго: с 1942 по 1946 год. Воспоминания о заводе сохранились в записках мастера участка Татьяны Коковиной, пришедшей сюда из редакции «Асбестовского рабочего», да в книге «Гвардейцы тыла».

Зимой 1942 года в здании депо узкоколейки «Асбожелдороги» монтировали станки для цеха автотракторных деталей. Стены без окон, сквозняк, мороз – но люди не жаловались. Сюда, на третий участок, отправляли эвакуированных, подростков и женщин, чьи мужья уже были на фронте.
На гидропрессах трудился «интернационал»: китаец Чин-Сю-Фун, ленинградец Петр Иванов и Иван Ухаров, три года отсидевший в Воркуте. Он стал лучшим прессовщиком, а после войны – бессменным членом завкома. Не просто регулярно выдавал три нормы – на каждом собрании требовал для рабочих повышения комфорта, критиковал решения руководства. Во время войны на заводе стояла за станками вся семья Ухаровых: супруга, сын и две дочери Ивана Петровича.

Рядом с советскими гражданами трудились военнопленные – немцы и венгры. Одни молча грузили асбест, другие, ярые нацисты, бросали на женщин злобные взгляды. Хорошо запомнился ветеранам Степан Бесов – щуплый паренек с винтовкой, который конвоировал пленных. Хотя и была винтовка чуть ли не больше Степана, по суровому лицу дежурного слесаря было ясно: случись что – он меньжеваться не станет.

В соседнем цехе из бразильского каучука и бензина «калоша» делали набивки для танков. Каучук пилили ножовками. Здесь же Иван Лихачев, слесарь - золотые руки, собрал первые вальцы для паронита. После войны он получит медаль, но тогда, в 1943-м, выразился просто: «Работать надо».

Самое засекреченное подразделение Асбестового завода – фильтроцех – выпускал пластины для медсанбатов.

– Куда пойдет продукция, нам не говорили, – вспоминала бывший бригадир фронтовой бригады Ольга Лаврушина. – Но мы видели: стерильность, аккуратность… Догадывались.

Девушки вручную заливали массу в формы, сушили, вырубали – и снова таскали вагонетки. Штамп другой раз еле держался. Того и гляди, руку отрежет, если зазеваешься. Но нормы перевыполняли всегда.

В августе 1943-го городская газета «Асбестовский рабочий» писала: «Прессовщики дают три нормы!» За этими цифрами – руки, стертые в кровь, и подростки, падающие в обморок от голода. Именно они в 1945-м получат медали «За доблестный труд». А через год третий участок закроют, цеха Асбестового завода разберут, и только ветераны будут помнить запах расплавленного каучука и скрип вагонеток.

П. РАЗНИЦЫН. Фото автора.
«Асбестовский рабочий » от 7 мая 2025 года.
#асбест #история #краеведение #ар_краеведение #промышленность #производство #УралАТИ #производство #ар_производство #Победа80 #ар_Победа80